• РЕГИСТРАЦИЯ
Рекомендовано
Ставка и еще 1 пользователей
ANovoross
17 октября 17:23 1665 9 1.00

Блокчейн как инструмент развития ДНР Как в непризнанных республиках вокруг России пытаются зарабатывать на криптовалютах

Чтобы добывать криптовалюты, необходимо много электричества — и чем оно дешевле, тем майнинг выгоднее. Одним из главных российских криптовалютных центров стала Иркутская область, где энергия дешевле всего по стране, — но в непризнанных государствах вокруг РФ она зачастую стоит еще меньше. Неудивительно, что энтузиасты и даже чиновники из Абхазии, ДНР и Приднестровья начинают говорить о возможном криптовалютном будущем этих территорий. Спецкор «Медузы» Илья Жегулев выяснил, кто пытается заниматься блокчейном и биткоинами в Донецке и Сухуми — и к каким результатам это приводит.

Этот материал — часть спецпроекта «Медузы» о блокчейне и криптовалютах; целиком его можно посмотреть здесь.

7 октября — в день, когда Владимир Путин отмечал 65-летний юбилей, а полиция решила не задерживать протестующих на московских улицах, — в большом зале московского «Градский Холла» собрались почти 600 человек, которые заплатили по 60 тысяч рублей за то, чтобы послушать обсуждение настоящего и будущего криптовалют. Организаторы конференции «Blockchain: обратной дороги нет» — компания Blockchain Solutions Group — не ожидала такого аншлага — в зале пришлось ставить дополнительные стулья, и сидевшие на них гости, которые прилежно соблюли положенный дресс-код black tie, смотрелись странно.

Ближе к вечеру дело дошло до презентаций блокчейн-стартапов. Одним из первых стал проект из Абхазии: на сцене появился мужчина в тройке, на экранах возникли фотографии гор. «Это серьезный проект, который может изменить индустрию в целом. Вы сможете правда участвовать в развитии страны. Строить инфраструктурные проекты, принимать и оплачивать продукты и любые товары и услуги с помощью криптовалюты», — рассказывал Евгений Галиахметов, управляющий партнер компании BCSG, организовавшей мероприятие. На экране мелькали слайды, иллюстрирующие этот потенциал: трехлетнее освобождение от всех налогов для всех участников рынка при любых расчетах при использовании криптовалюты; затем — четкое, прозрачное налогообложение в этой сфере.

На все необходимые нужды, согласно презентации, Абхазии требуется миллиард долларов, которые непризнанная республика планирует получить с помощью выпуска ограниченного числа токенов под названием ARC — Abkhazian Republic Coin. Ограниченная эмиссия рифмуется с площадью страны — на 8600 квадратных километров предполагается выпустить не больше восьми миллиардов виртуальных монет. Таким образом Абхазия планирует преодолеть 25-летнее забвение и привлечь зарубежные инвестиции: в отличие от обычных денег, хождение криптовалют пока нельзя никак отследить и под существующие в отношении непризнанной республики ограничения инвесторы не подпадут.

В реальность этих планов трудно было бы поверить, если бы на конференции в «Градский Холле» не присутствовал всамделишный министр экономики Абхазии Адгур Ардзинба. Он подтвердил: собственная криптовалюта у Абхазии может появиться уже этой осенью — а полномасштабно вводить ее в экономику страны правительство собирается к весне 2018 года. Собравшиеся оценили эти планы положительно: управляющий партнер компании — организатора конференции Евгений Галиахметов даже предположил со сцены, что через несколько лет Абхазия может вовсе отказаться от обычных денег — и целиком перейти на криптовалюты.

Абхазия не единственное непризнанное государство рядом с Россией, где мечтают попасть в технологическое будущее с помощью блокчейна. Сын российского генпрокурора, предприниматель Игорь Чайка уже заявляет, что собирается строить майнинговые фермы в Приднестровье, на конференции по блокчейну в Донецкой народной республике ходят министры местного правительства — но в Абхазии планы наиболее оформившиеся и наиболее грандиозные: здесь с помощью криптовалют собираются совершить мощный экономический рывок. Если, конечно, не помешает Россия.

Уже не Рома, а председатель

Министр образования и науки Донецкой народной республики Лариса Полякова напряженно всматривалась в экран, на котором показывали совладельца компании Aronicle и архитектора многофункциональной блокчейн-платформы Erachain Дмитрия Ермолаева. Сидя у окна на фоне одного из небоскребов Москва-Сити, он монотонным голосом рассказывал о сути технологии, которой занимается. «Если вам нужно защитить информацию от каких-то потусторонних влияний, вы раздаете управление сетью разным независимым участникам, которым вы доверяете», — втолковывал он неподготовленной аудитории. На словах «потусторонние влияния» Полякова стала нервно сжимать в руках шариковую ручку.

Кроме Ермолаева на «международной» конференции по блокчейну, прошедшей летом 2016 года в Донецке, выступил Рустам Давлетбаев, возглавляющий блокчейн-направление в «Иннополисе». Свой доклад он делал по скайпу из Татарстана. Третьим спикером — единственным, кто лично присутствовал в Донецке, — был Роман Моргунов, человек, который форум и придумал. Деньги на организацию — восемь тысяч рублей — он убедил выделить московского знакомого: пять тысяч ушли на час аренды офиса в Москва-Сити для Ермолаева, остальное Моргунов поделил с местным партнером. Энтузиаст блокчейна Моргунов рассказал «Медузе», что свои полторы тысячи рублей он потратил на еду — других источников дохода у него в тот момент почти не было (позже он стал неплохо зарабатывать на бирже, играя на курсах криптовалют).

Как и рассчитывал Моргунов, о конференции по блокчейну в ДНР написали десятки российских и мировых СМИ. С помощью резонанса он хотел привлечь внимание властей в Москве и в Донецке, без которых невозможно было сдвинуть с мертвой точки его проект по применению блокчейна в непризнанной республике. Уроженец Харцызска, маленького города в 50 километрах от Донецка, Моргунов с юности увлекался технологиями — окончил радиотехнический техникум в Екатеринбурге, а потом вернулся на родину, где работал программистом и развлекался хакерскими фокусами (например, по словам Моргунова, в какой-то момент завладел адресами 1@mail.ru и 2@mail.ru). Благодаря своим увлечениям он на раннем этапе узнал о криптовалютах — и к тому моменту, как в Донецк пришла война, Моргунов уже вовсю зарабатывал, торгуя альткоинами и биткоинами.

Впервые он задумался о возможном применении криптовалют для повседневной жизни в ноябре 2014 года, когда Украина отключила в Донецкой области банкоматы. Чтобы выжить, Моргунов организовал небольшой бизнес — точки, в которых принимали наличные в качестве оплаты сотовой связи и с помощью нехитрых схем перечисляли их клиентам, зарабатывая на комиссии. Параллельно он начал думать, как внедрить в самопровозглашенной республике новую экономику.

Оптимизма Моргунову добавляло прошлое одного из лидеров ДНР Дениса Пушилина (на тот момент он был зампредом народного совета самопровозглашенной республики) — до войны тот был одним из ключевых менеджеров проекта «МММ-2011» на территории Украины и даже баллотировался в Верховную раду от одноименной партии (правда, проголосовали за него всего 77 человек). Моргунов знал, что основатель МММ Сергей Мавроди тоже увлекается блокчейном — в какой-то момент его проекты в Африке и Азии даже влияли на рост курса биткоина. К тому же «народный губернатор Донбасса» Павел Губарев предлагал создать в республике собственную валюту «энергорубль», а новая власть казалась Моргунову открытой к новым идеям. «Это были, как мне казалось, люди со двора, — вспоминает бизнесмен. — Зайти можно было к кому угодно, хоть к председателю центробанка».

Изначально идея Моргунова заключалась в том, чтобы с помощью блокчейна просто и надежно контролировать поступление в ДНР гуманитарной помощи, исключив возможность хищений. «Были ситуации, когда на помощь Донбассу перечисляли деньги, а до конечного потребителя не доходило вообще ничего», — возмущается он. Криптовалюты, по его задумке, позволяли прозрачно и гарантированно (без возможности блокировки со стороны третьих лиц со стороны Европы и Украины) собирать деньги, а блокчейн позволял контролировать поступление и распределение гуманитарных грузов.

Инициативному предпринимателю удалось поговорить и с представителями центробанка, и с представителями министерства юстиции — везде вежливо выслушивали, обещали подумать, и на этом все заканчивалось. Моргунов не сдавался: в августе 2015 года он для солидности решил зарегистрировать общественную организацию «Биткоин Донбасс», которая в какой-то момент стала местным представителем московской «децентрализованной автономной организации „Донбасс“» (ДАО, ее тоже создал Моргунов). «Я понял, что отсебятиной нельзя заниматься, — объясняет он. — Когда ты от имени юрлица пишешь письмо с печатью — это уже совершенно другой разговор. Ты уже не Рома, а председатель… Того, чего ты сам назовешь».

У него появились новые идеи. Криптовалюты, по мысли Моргунова, могли стать своего рода платежным шлюзом между на тот момент формально запрещенными в ДНР российскими рублями — и украинскими гривнами, которые невозможно было достать в Донецке, после того как банки перестали обслуживать счета донецких компаний. «Биткоины могли помочь преодолеть банковскую блокаду, — объясняет бизнесмен. — Например, люди уехали в Германию, у них здесь остались старики, они им присылают 300–500 евро в месяц — но переводы и платежные системы на территории непризнанных республик не работают». Моргунов хотел перепрограммировать платежные терминалы так, чтобы они меняли рубли на криптовалюты, — и даже разработал для этого целую схему; по замыслу Моргунова, можно было перепрограммировать терминалы, которые выдают и принимают рубли под обмен криптовалюты.

«Мы договорились о том, чтобы взять прошивку у одного стартапа из Калифорнии, а терминалы на вторичном рынке в России, — вспоминает он. — Они тогда массово продавались. Прошивка стоила 200 долларов на аппарат, мы собирались их установить во всех 180 отделениях почты у нас, сделать свой местный софт под это и открыть станцию обслуживания. У почты тогда появилась бы возможность принимать коммуналку и прочие виды платежей извне, используя шлюзы бирж и криптообменников».

Моргунов утверждает, что написал больше 20 писем в различные инстанции и даже отнес зампреду правительства республики специальный документ на 30 листах под заглавием «Блокчейн как инструмент развития ДНР». И идея, и большая часть текста была позаимствована у украинцев: в 2015 году три тамошних предпринимателя составили для Национального банка доклад«Биткоин — инструмент финтех-развития Украины»; местами Моргунов просто перевел его, заменив конкретные биткоины на криптовалюту вообще.

Среди прочего в своем проекте Моргунов предлагал превратить донецкие угольные шахты в майнинговые центры, а выделяемое ими тепло использовать для выращивания овощей в теплицах (на территории Донецкой области находятся шесть из 15 украинских ТЭС, включая крупнейшую, так что энергомощностей на это хватило бы). «Захарченко хочет 80% шахт закрыть. Они не работают, но там постоянно откачивают воду — если этого не делать, город может провалиться под землю, — рассказывает Моргунов. — А эту воду тоже можно было бы использовать! Грибы выращивать или даже разводить раков и омаров».

Усилия Моргунова по-прежнему не приносили результат — а в какой-то момент и привели к неприятностям. Однажды, когда он пришел на встречу с министром юстиции, вместо чиновника его встретил сотрудник донецкого министерства госбезопасности, который стал подробно расспрашивать бизнесмена о блокчейне. «Я говорю: мы можем помочь с гуманитаркой и вести учет с помощью блокчейна! Воровать перестанут! Вы же МГБ, должны следить, чтобы не воровали, мы вам хотим помочь», — вспоминает Моргунов. Ему не показалось, что его собеседник что-то понял, но уже в феврале 2016 года его вызвали непосредственно в МГБ для беседы с министерским специалистом по технологиям. Тот разбирался в ситуации куда лучше и, по словам Моргунова, сказал ему прямо: «Мы тебя не трогаем, но как только ты продашь первый свой биткоин, придем к тебе сразу. Можешь болтать все что хочешь, но не заниматься этим».

После этого создатель ДАО «Донбасс» почти потерял надежду на плодотворное сотрудничество с властями — однако в июне 2016 года спасение пришло из Москвы. Моргунова позвали в Госдуму на конференцию, организованную Андреем Луговым — депутатом от ЛДПР, которого британские власти обвиняли в убийстве Александра Литвиненко и который теперь разрабатывал законопроект о криптовалютах. «Состав участников был интересный: чуть ли не каждый пятый или генерал, или генерал-полковник», — вспоминает Моргунов, который в рамках своей презентации предложил превратить Донбасс в особую территорию для экспериментов с цифровой экономикой.

Участие в конференции как бы легитимизировало Моргунова в глазах донецких властей — к тому же он попросил выдать ему бумагу о том, что он и его партнер являются экспертами межведомственной рабочей группы при Госдуме по оценке риска оборота рынка криптовалют. С тех пор у МГБ не возникало к нему никаких вопросов — а после того как он провел в Донецке конференцию, на которую пришла министр Полякова, к нему в почту начали наконец поступать предложения и вопросы от возможных инвесторов.

Например, по словам Моргунова, компания Qiwi, последовательно поддерживающая идею национальной российской криптовалюты, готова была помочь ему запустить те самые платежные шлюзы — хотя для этого требовалось, чтобы правительство ДНР проявило инициативу по поводу криптовалют, а этого так и не произошло. Впрочем, представитель Qiwi Александр Джабаров в разговоре с «Медузой» рассказ Моргунова не подтвердил, пояснив, что компания готова участвовать в создании национальной криптовалюты только на российском рынке.

Другой потенциальный партнер — совладелец майнинговой компании BW.com Дмитрий Воронин — даже приезжал в ДНР: его в республике заинтересовала прежде всего низкая стоимость электричества (60 копеек за киловатт-час для физических лиц и рубль для юридических — в несколько раз меньше, чем в России). Моргунову Воронина представили как миллионера, у которого 40 квартир в Германии и несколько сотен работников только в Китае (сам Воронин в разговоре с «Медузой» о своем благосостоянии рассказывать не стал), — поэтому донбасский криптоэнтузиаст попросил гостя «не шиковать» и на встрече с мэром Харцызска вести себя скромно.

В итоге Воронин приехал туда на такси и в шортах, чем по-настоящему поразил чиновников. Речь на встрече шла об использовании для майнинга заброшенных площадей Научно-исследовательского института взрывозащищенного оборудования — и от властей, как говорят участники переговоров, инвесторам нужны были только гарантии безопасного ввоза и вывоза оборудования без растаможивания. «Там есть пять мегаватт электричества, которые можно было получить по низкой стоимости, — объясняет Воронин. — Тепло можно было отвести в оранжерею, восстановить ее и использовать — тем более климат там более мягкий, не так холодно, как в России. Мы стали выяснять, общаться, наводить мосты. И все там хорошо — но не совсем спокойно». Майнить в Донецке он так и не решился.

Не появилось в ДНР и других крупных инвесторов в блокчейн-технологии. Правительство республики не готово предоставлять им никаких гарантий, поэтому майнинг в Донецке если и происходит, то в домашних условиях. При этом технический специалист и консультант Ассоциации предпринимателей Донбасса Игорь Мартынов оценивает возможности для майнеров в регионе как «колоссальные». По его оценке, в ДНР есть почти 3000 мегаватт электроэнергии, из которых используется в лучшем случае 800. В пример Мартынов приводит себя: он уже быстро окупил и продал свою ферму (покупателей бизнесмен не называет), — по его словам, окупается средняя ферма в Донецке за шесть-девять месяцев. Впрочем, до бума криптовалют городу и региону пока все равно далеко. «Сложно объяснить людям, в чем плюсы и минусы криптовалюты, — те, кто остался с деньгами, очень дремучий народ. Внешним инвесторам нужны гарантии того, что оборудование будет в целости и сохранности. А мы не можем их дать в принципе, — печалится Мартынов. — Если заводить крупного майнера, нужны гарантии государства. Но в Донецке ничего не делают, ждут отмашки из Москвы».

По словам собеседников «Медузы», знакомых с ситуацией в ДНР, существуют в непризнанной республике и высокопоставленные лоббисты блокчейна: на уровне здешних властей тему криптовалют якобы курирует Алексей Муратов — первый заместитель главы исполкома общественного движения «Донецкая республика», основанного Пушилиным. Как и Пушилин, Муратов тоже в прошлом был активистом МММ — в частности, занимался филиалом организации в Индии, где был арестован по подозрению в мошенничестве. В сентябре 2016 года Муратов основал в Москве движение Change the World Together, одна из заявленных целей которой — «защита прав и свобод людей, отстаивание их экономических интересов, связанных с технологией блокчейн и другими подобными криптопроектами»; есть у него и собственная криптовалюта — Prizm (ее курс сейчас в пять тысяч раз меньше курса биткоина). Муратов подтверждает, что неоднократно обсуждал с Пушилиным и другими донецкими чиновниками тему блокчейна, — как подтверждает и то, что местные власти не рвутся запускать какие-либо криптопроекты без понимания позиции Москвы.

«Этим вопросом пока на государственном уровне не занимаются, — говорит Муратов. — Если они обратятся за помощью, готов эту помощь оказать. Пока никто не обращался». Так или иначе, один из лидеров «Донецкой республики» уверен, что блокчейн — это инструмент, который может позволить обойти финансовую блокаду и ДНР, и Крыма, а также привлечь «сотни миллионов, если не миллиардов, в обход США и Евросоюза». «Это более прозрачная и открытая система, чем та, что основана на долларе США, — утверждает Муратов. — Я уверен, что мир перейдет на криптовалюту».

Мнение представителей донецких властей на эту тему «Медузе» узнать не удалось: корреспонденту «Медузы» официально отказали в журналистской аккредитации в ДНР.

Маета и майнинг

Предприниматель Сергей Бобылев принимает корреспондента «Медузы» в палатах Долгоруковых — особняке XVII века в районе Покровки. Только что у него были переговоры с человеком из алюминиевого бизнеса — рослый мужчина с густой шевелюрой, прощаясь, покровительственно рассказывает Бобылеву о дальнейших бизнес-шагах. В зале, где проходит встреча, на стенах висят большие портреты великих полководцев, написанные итальянскими художниками: их коллекционирует партнер Бобылева — интернет-омбудсмен Дмитрий Мариничев. Вместе они делают бизнес на криптовалютах — в России и за ее пределами.

Основатель одного из крупнейших российских ритейлеров компьютерной техники Sunrise, Бобылев после кризиса 2008 года попал в тюрьму. По его словам, его партнер отказался от своих обязательств, и бизнесмен не успел расплатиться с поставщиками. Бизнес Sunrise за долги перешел «Альфа-банку» — и кредитор инициировал против Бобылева уголовное дело, в результате которого бизнесмен пять с половиной лет провел в тюрьме по обвинению в мошенничестве.

Выйдя на свободу, он решил сменить сферу деятельности и заняться блокчейном. «В бизнесе всегда не хватало свободы, а теперь можно работать на рынке, не зарегулированном никаким государством», —воодушевленно говорит Бобылев. Он уверен, что криптовалюта куда более понятна и стабильна, чем любые государственные деньги. «Государство печатает деньги с учетом неких идей экономистов. Печатают столько, сколько надо, чтобы сошелся бюджет, — рассуждает бизнесмен. — Везде кассовые разрывы покрываются прямо или косвенно через эмиссию. Вот сейчас триллион рублей взяли на „Открытие“ — думаете, это пройдет незаметно? У каждого из кармана взяли и закинули в один конкретный банк. Криптовалюта более справедлива, чем обычные деньги. И к тому же добровольна».

Бобылев организовал с Мариничевым сразу два бизнеса. Одна их компания — Radius Group — стала крупнейшим майнером в России и переделывает под огромную ферму технополис «Москва» на бывшем заводе АЗЛК. Другая — SmartHeat — придумала выпускать котлы для отопления домов на базе серверов с чипами для майнинга.

Бобылев проходит к старинному резному столу, на котором стоят алюминиевые приборы для майнинга. «Один такой может отапливать целый дом», — рассказывает бизнесмен. Сейчас он одержим идеей принести майнинг в сибирские села. «В Иркутской области для сельской местности электроэнергия стоит 81 копейку за киловатт, а ночью вообще 47 копеек, — объясняет Бобылев. — И еще дают скидку 30%, если энергия используется для обогрева. Несколько миллионов человек проживают в местах, где ничего, кроме электроэнергии, для отопления не используется». По замыслу предпринимателя, сибиряки смогут приобретать котлы по себестоимости, получая тепло и одновременно зарабатывая на майнинге. Его компания обеспечит приборы с трехлетней гарантией, а за это жители должны будут делиться прибылью от майнинга с производителем. Первые дома с котлами в Иркутске уже строят — и хотя товар это штучный, Бобылев считает, что благодаря его котлам Иркутская область может получить до 30% мирового майнинга биткоинов.

Начинал свои криптовалютные приключения Бобылев не в России — а в Абхазии. Там его привлекла все та же дешевая электроэнергия: 40 копеек за киловатт для физических и всего лишь 80 копеек — для юридических лиц. Вместе с партнерами он вложил в Абхазию несколько миллионов долларов, построив две фермы для майнинга: одна из них располагалась на территории завода, другая — в горах, рядом с заброшенной ГЭС. Однако затея не выгорела — Бобылев говорит, что пока в Абхазии больше «маянинг» (от слова «маяться»), чем собственно майнинг. Первую ферму он уже закрыл — постоянные перепады напряжения и отключения электричества выводят из строя нежное современное оборудование; у второй, по его словам, перспективы получше, но тоже не вполне ясны. «Несмотря на дешевую энергию, сама энергия должна быть нужного качества. И без значительных вложений в электросети Абхазии этого сделать не получится, — объясняет Бобылев. — А если мы откроем и восстановим ГЭС — никто не застрахован от рисков, что правительство не поменяется и не придумает другие правила игры. Это своеобразный, не европейского типа бизнес».

Алексей Иванов, который продает устройства для майнинга и сам занимается добычей биткоинов в России, солидарен с коллегой: «Понимаете, когда у вас что-то отняли в Иркутске, какие-то меры воздействия государственного регулирования возможны. А если у вас что-то отняли в Абхазии — вам уже никто не поможет». Иванов рассказывает, что на его оборудование есть спрос в непризнанных государствах — но к подобным клиентам он вынужден относиться с осторожностью. «Вот мы производим оборудование, но технология принадлежит американской компании. Мы покупаем чипы у компании, основной офис которой располагается в Калифорнии. И тут могут быть нюансы, — рассуждает Иванов. — Мы очень аккуратны в этом вопросе. Если мы отгрузим хотя бы одно устройство в непризнанную республику напрямую и об этом узнают производители чипов — кто знает, чем это может грозить?»

Иванов утверждает, что по всем этим причинам сейчас в Абхазии, как и в ДНР, майнят в основном в частном порядке, на дому — не на индустриальном уровне. Действительно: на местных форумах легко находятся объявления о продаже майнинговых ферм. Один из таких торговцев представляется Гудисой — он продает свою за 145 тысяч рублей. По его словам, он свои вложения окупил за три месяца, но тогда у эфира (небольшая ферма Гудисы добывала именно эту криптовалюту) был совсем другой курс, а «сейчас он такой, что и за два года не окупишь». Впрочем, майнер верит, что ситуация изменится, да и никаких дополнительных затрат ферма не требует. «Подходить к серверу даже не надо, это вещь, которая приносит деньги без твоих усилий. В случае каких-то ошибок на телефон приходит оповещение, — объясняет Гудиса. — К интернету не требователен — расходует всего 20 мегабайт в день. Главное — чтобы связь и электричество не пропадали». Перебои с электроэнергией, по его словам, тоже сильно не мешают, когда объемы не промышленные: «Когда мы на российском электричестве, редко отключают. Из России и мощности поступают по качеству хорошие». Платить за эти мощности приходится не больше 300 рублей в месяц.

Совладелец майнинговой компании BW.com Дмитрий Воронин, который не решился иметь дела с ДНР, работать в Абхазии все-таки пытался — но теперь разочарован. «Вспомните 1990-е, когда люди приходили и все у тебя забирали. Не надо туда идти, — советует предприниматель. — Я пойду туда, когда там будут нормальные законы». Воронина подвели абхазские партнеры, которые, пока он закупал и подвозил оборудование, передумали и отказались от сотрудничества. Сейчас у него в Абхазии осталась одна маленькая ферма — но и Воронин жалуется на постоянные перебои и отключения энергии.

Совладельца челябинской компании «Универсальные инвестиции» Александра Кравченко местные особенности не пугают: у него есть связи — в том числе один из бывших абхазских премьеров, по-прежнему имеющий влияние в республике. В середине октября Кравченко собирается ехать в Абхазию обсуждать возможности для строительства небольшой фермы — на 1 мегаватт. «Меня одно смущает — мы раньше планировали подключаться к внутренним сетям, но в связи с ремонтом [обслуживаемой Грузией] Ингури ГЭС будет подключено резервное питание из России, — объясняет он. — И там всего 200 мегаватт с российской стороны будет на всю республику».

Всю энергию Абхазия берет в Ингури ГЭС — по договору Грузия обслуживает электростанцию, территория которой находится одновременно и в Грузии, и в Абхазии, и забирает 60% электроэнергии себе, оставляя остальное абхазам. Однако у станции часто бывают проблемы — и тогда электричество Абхазии начинает давать Россия. В отличие от ДНР с ее свободными мощностями, здесь электричества не так и много. По мнению Бобылева, исправить эту ситуацию можно было бы, выставив на продажу неработающие электростанции (в Абхазии пять больших ГЭС, не считая Ингурской, и 24 малые, из которых с перебоями работают всего три — на остальных нет даже гидросооружений). Абхазия тем не менее пока не готова к продаже своей энергетической системы. «Много политических сложностей, — поясняет Бобылев. — В Абхазии был принят закон, по которому ГЭС мощностью больше 5 мегаватт не может быть продана. И это, конечно, бьет по инвестициям».

У абхазского министра экономики Ардзинбы другая точка зрения на проблему. «Учитывая наш низкий экономический уровень развития, может случиться так, что частные компании возьмут под контроль нашу энергосистему, и это будет иметь негативный эффект, — рассуждает он. — Но если потенциальный инвестор захочет вкладывать деньги в создание мощностей, у нас есть закон об инвестиционной деятельности и есть понятие „концессия“. Мы можем передавать станции в управление предприятию: предприниматель-майнер дарит государству электростанцию, но государство ему гарантирует право пользоваться электроэнергией бесплатно до возврата инвестиций и получения прибыли. Нормальный и разумный принцип».

Инвесторов, желающих работать по этому принципу, пока не нашлось — поэтому Ардзинба решил сам проявить инициативу и теперь планирует сделать собственную абхазскую криптовалюту. Как рассказывает Галиахметов, партнер московской BCSG, организовавшей конференцию в «Градский Холле», Ардзинба сам выходил на московских специалистов и проводил консультации по своему проекту. Криптобудущее Абхазии уже даже согласовано с президентом России Владимиром Путиным: по словам источника, близкого к правительству Абхазии, во время своего визита в республику Путин разговаривал об этом с президентом Раулем Хаджимбой и одобрил планы абхазских властей.

Разработка абхазской криптовалюты идет в закрытом режиме; по информации «Медузы», только в министерстве экономики над проектом постоянно работают десять человек. «В Абхазии, учитывая экономическое положение и ограничение, связанное со статусом республики — ведь у нас нет широкого политического признания, — мы постоянно находимся в поисках нестандартных решений, которые позволили бы нам выйти на приемлемый уровень развития, — поясняет министр Ардзинба. — Стандартные схемы тоже необходимы, но рывок можно сделать, только используя нетривиальные вещи».

https://meduza.io/feature/2017...

Сепаратистен

Не пропускайте новые статьи автора ANovoross, просто зарегистрируйтесь на Конте. Подробнее

Ваш комментарий сохранен и будет опубликован сразу после вашей авторизации.

0 новых комментариев

    ДРУГИЕ СТАТЬИ
    TAKSISTO Южнорусский Фронт
    Вчера 22:52 6972 84.78

    Райкин вырвался из "деспотичной" России и получил "шикарный" прием в "свободной" Украине...

    Костя Райкин вырвался из "деспотичной" России и прибыл с гастролью в "свободную, европейскую" Украину... Вот чумазые его и встретили. Что тут можно сказать, им не нравится режим в России и они мечтают о таком как на Украине...ну что? Получил!!! Скажи Костя, что до тебя не добрались твои "свободные" украинцы...А может напомнить как Костя называл Ро...
    колHozDep aka nePsaki Вчера 23:01 4156 82.12

    Соцсети жгут 113

    ...
    АЛЬТАИР Вчера 23:07 2519 2.00

    Факт дня. Как только супермодель из Перми попала на обложку аргентинского Cosmopolitan, как тут же утонула их подлодка "Сан Хуан"

    Пермская модель украсила обложку аргентинского Cosmopolitan17 ноября 2017Новый номер Cosmopolitan Argentina появился в продаже. Для его обложки снялась пермская модель Татьяна Митюшина. Для фотосессии Татьяна надела прозрачное белое боди с лепестками. На обложке журнала под именем девушки есть надпись: «модель-бизнесвумен».— Я так рада поделить...
    ПРОМО
    СК РФ Вчера 15:42 396 4.10

    Почему молчит Народный совет ЛНР?

    Очередное подтверждение всех опубликованных выше материалов о правовом беспределе в ЛНР, пришло, как говорится - откуда не ждали. Вашему вниманию, уважаемый читатель, предлагается посмотреть (или прочитать) официальное заявление экс-председателя Народного совета ЛНР Алексея Карякина, которое мы нашли у него на странице в Вконтакте. Уверены, каждый найдет для себя мног...
    Служба поддержи

    Яндекс.Метрика